31 января отмечается 70-летие со дня рождения актрисы театра и кинематографа, режиссёра, народной артистки России Веры Глаголевой. В юности став мастером спорта по стрельбе из лука, она предпочла кинематограф и завоевала любовь зрителей. Благодаря работам в фильмах «В четверг и больше никогда», «Не стреляйте в белых лебедей», «Выйти замуж за капитана» и других знаковых картинах, Глаголева вошла в число ярчайших актрис своего времени. В начале 1990-х она обратилась к режиссуре. Её картины «Одна война», «Не чужие», «Две женщины» удостоились наград авторитетных кинофестивалей.
— Для коллег и поклонников Вера Глаголева олицетворяла искренность, тактичность, душевную чистоту и силу. Какой запомнилась Вера Витальевна своим близким?
— В кругу семьи она оставалась такой же — никогда не носила масок, всегда была цельной, любящей, с неизменной внутренней силой.
— Вы знали её как мать, режиссёра и коллегу по съёмочной площадке. Консультировались ли вы с ней в профессии? Стала ли она вашим наставником?
— Да, мне довелось участвовать в проектах, где мама была сначала партнёром по кадру, затем режиссёром картин «Одна война» и «Две женщины». Когда я посвятила себя театру и стала работать у Романа Виктюка, она стала воспринимать меня как равного профессионала. Прямых похвал от неё я не слышала — о её оценках рассказывали подруги. Дома мы избегали рабочих тем. Например, во время съёмок «Одной войны» в Питкяранте мы договорились не обсуждать рабочие моменты после возвращения домой.
— Ранее вы упоминали, что родители не одобряли ваш выбор актёрской стези. Чем вызывались их опасения — сложностями эпохи или спецификой профессии?
— Думаю, оба фактора были значимы. В 1990-е годы профессия актёра переживала кризис, что коснулось и моих родителей. Они направляли меня в балет, видя мою склонность к танцу. Спустя годы, пройдя путь балерины Большого театра, я вернулась к первоначальной мечте. Рада, что родители в итоге разглядели во мне дар драматической актрисы.
— Что больше увлекало Веру Витальевну — актёрская игра или режиссура? Как она воспринимала известность?
— Переход в режиссуру был последовательным.
Первой ролью мама занялась в 18 лет. Работая с отцом, Эфросом, Мельниковым и другими мастерами, она сформировалась как актриса. Позже ощутила потребность говорить со зрителем напрямую — ей было что сказать.
К известности относилась с лёгкостью, не поддаваясь звездной болезни. Она всегда оставалась простым, открытым человеком.
— Что Вера Витальевна считала главным достижением в профессии? А в личной жизни?
— Она отмечала, что режиссёрские работы принесли ей больше признания, чем актёрские. Личным счастьем она называла нас, своих дочерей.
— Придерживалась ли Вера Витальевна особого распорядка? Уделяла ли время спорту? Были ли у неё особенные привычки?
— Чёткого расписания не было — её график складывался из поездок и встреч. Она всё держала в памяти, никогда не пользуясь записными книжками. В редкие свободные часы возвращалась к стрельбе из лука.
Она ценила семейные традиции — особенно дни рождения, которые всегда отмечались в совместных путешествиях. Мы вместе выбирали направление и ждали этих поездок.
Теперь мы продолжаем эти традиции, часто собираясь вместе, а в её день рождения стараемся уехать куда-нибудь семьёй.
— Особое значение для неё имела картина «Две женщины» по Тургеневу. Каких ещё авторов она любила? Какие произведения вдохновляли?
— Она много читала, но Тургенев занимал особое место в её сердце. Последние годы она глубоко изучала его творчество, готовясь к проекту о нём и Полине Виардо.
— На «Кинотавре-2018» её вклад в кино отметили наградой «За умение вдохновлять на мечты». Чему важному научила вас мама?
— Верить в добро. Она учила видеть светлое в каждом человеке, совершать добрые поступки — тогда всё сложится правильно.
— Ваша дочь Полина продолжает творческую династию (она снималась у Веры Витальевны и других режиссёров). Планирует ли она развивать актёрскую карьеру?
— Кино сопровождает её с детства. В прошлом году она стажировалась в New York Film Academy, а теперь поступила на актёрский факультет Московской школы кино. Без кинематографа свою жизнь она не мыслит.
